Японский хоррор: «EXIT 8»: Ад — это бесконечный коридор метро

Некоторые художники, кажется, обладают даром превращать в успех всё, к чему они прикасаются. Генки Кавамура — один из таких редких талантов. Будь то кинопродюсер, режиссёр или писатель, всё, за что берётся этот японец, обречено на успех. Его внушительный список достижений начинается с литературы: вскоре после окончания факультета журналистики в Токио, в 2012 году, Кавамура издал роман «Если бы все кошки в мире исчезли». В нём рассказывается история молодого, тяжелобольного почтальона, заключающего сделку с дьяволом.

За каждый день, подаренный демоном на Земле, герой должен выбрать нечто, что полностью исчезнет из мира. Это не должны быть мелочи, ведь речь идёт о дьяволе, требующем серьёзных жертв. Почтальон сначала выбирает телефоны, затем фильмы, часы – а на четвёртый день его Мефистофель хочет забрать любимую кошку.

Книга относится к жанру постапокалиптической литературы, волна которой возникла в Японии под впечатлением от катастрофы на Фукусиме. На родине Кавамуры она стала бестселлером: было продано 1,2 миллиона экземпляров «Если бы все кошки в мире исчезли», а роман был переведён на несколько языков, включая английский и немецкий.

Не менее успешной является карьера Кавамуры как кинопродюсера. Он начал с анимации, выпустив в 2016 году подростковую драму «Твоё имя — Вчера, сегодня и навсегда», которая сместила классику Миядзаки «Унесённые призраками» с первого места среди самых успешных аниме в мире и собрала более 382 миллионов долларов. Нежную историю братьев и сестёр, рассказанную в нескольких временных пластах, «Мирай из будущего» Кавамура сопровождал как продюсер на премьере Каннского кинофестиваля в 2018 году. А его продюсерский проект «Судзумэ», также сложное и переплетённое приключение взросления, в 2023 году даже попал в основную конкурсную программу Берлинале, куда анимационные фильмы допускаются лишь в исключительных случаях. В том же году Кавамура выступил продюсером драмы Хирокадзу Корээды «Невинность», игрового фильма о двух мальчиках, чья дружба перерастает в романтические чувства, который также участвовал в конкурсе Каннского фестиваля за Золотую пальмовую ветвь.

Два года спустя он вернулся на Лазурный Берег, на этот раз с собственным режиссёрским проектом, который не имел ничего общего ни с анимацией, ни с нежными чувствами взросления. В рамках программы полуночных премьер фестиваля он представил фильм ужасов «Exit 8», который теперь выходит и в наш прокат. Как же этот человек решает, какому проекту посвятить своё время?

«Я — рассказчик историй»

На интервью в Каннах он скромно улыбается в ответ на перечисление своих успехов, потягивает ледяной кофе в средиземноморскую жару и объясняет: «Если быть точным, я по сути рассказчик историй. Так бы я себя и назвал». При этом он следует за своим материалом, ища подходящий носитель для каждой истории. «Если что-то лучше всего подходит для анимации, я сотрудничаю с режиссёром аниме. Если чувствую, что история может быть рассказана только в форме книги, я пишу её как роман. Но когда я сажусь в режиссёрское кресло, я обычно хочу сделать что-то большее, выходящее за рамки чистого повествования».

В случае с «Exit 8» его увлекла идея дизайна. Основой для фильма послужила одноимённая видеоигра в жанре «побег». В ней игроки оказываются в одном и том же бесконечном подземном переходе токийского метро и должны находить аномалии, чтобы выбраться из петли. Аналогично происходит и в фильме Кавамуры: молодой человек с рюкзаком выходит из переполненного поезда. Шум попутчиков он заглушил наушниками. Сняв их на мгновение, он раздражается от плача ребёнка. Брезгливо вставляет их обратно. Теперь он идёт к выходу. Но его мысли заняты другим. Ему только что звонила бывшая девушка. Она беременна. Она в больнице. Мужчина молчит. Кладёт трубку. Панически достаёт из куртки свой ингалятор от астмы. И обнаруживает, что идёт по одному и тому же коридору, не приближаясь к выходу номер 8.

Белые плитки, жёлтые линии. Мужчина с портфелем идёт ему навстречу — снова и снова. Лабиринт, который М.К. Эшер не смог бы нарисовать красивее. В конце концов, на информационной доске герой обнаруживает правила, которые должны помочь ему выбраться: если он обнаружит аномалию, он должен повернуть назад. Если аномалий нет, он должен продолжать идти вперёд. Если он ошибётся, то вернётся в исходную точку, и игра начнётся заново.

Кавамуру привлекли как стерильная, почти клиническая обстановка, так и элемент постоянного повторения. В интервью он с восторгом отзывается о новаторских визуальных идеях режиссёра «Призрака в доспехах» Мамору Осии и о длинных планах Кэндзи Мидзогути, старого мастера золотого века японского кино. «Я уже пробовал подобный длинный план в своём фильме «Сто цветов», драме о деменции — и теперь мне очень хотелось реализовать это и в жанре хоррора».

Что мы вообще замечаем в окружающем мире?

Если Мидзогути мог передать эмоциональное состояние своих героев одним лишь долгим взглядом, то Кавамура своими протяжёнными кадрами через коридоры метро передаёт отчуждение современного горожанина. И попутно задаёт вопрос: что мы на самом деле воспринимаем из нашего окружения в повседневной жизни?

Ещё Шерлок Холмс упрекал доктора Ватсона в том, что тот смотрит, но не видит главного – например, не мог сказать, сколько ступенек на лестнице, по которой он ежедневно поднимается и спускается. Так же обстоит дело и с молодым человеком в коридоре метро, и, в этом прелесть таких фильмов, с нами самими. Конечно, как зрители, мы впитываем детали, видим, что герой проходит мимо рекламных плакатов, которые, как и на любой станции метро в мире, рекламируют различные товары. Но висел ли плакат с муравьями на ленте Мёбиуса уже в этом коридоре, или это аномалия, которая должна была заставить персонажа повернуть назад? Почему мы так много смотрим в свои смартфоны, проходя мимо, – и потом совсем не знаем, где находимся? И почему так сложно в абсолютно стерильной среде – белые плитки, жёлтые линии – найти то исключение, которое нарушает общую картину?

Именно такие игры со строгой формой привлекают Кавамуру. «Возможно, это и японская особенность», — говорит он. «Когда я впервые увидел эту видеоигру, она напомнила мне о классическом театре Но, который ставится на небольшой деревянной сцене с очень ограниченным числом актёров. Движения актёров там подчинены строгим правилам, но тем не менее они способны рассказывать глубокие истории огромного значения и эмоциональной глубины». И ещё одна ассоциация возникла у него с этой видеоигрой: «Возможно, дело в том, что я христианин — но эти бесконечные коридоры навели меня на мысль о Чистилище Данте, месте, где мы должны столкнуться со своими грехами». Подобно тому, как Данте в «Божественной комедии» всё глубже проникает в круги Чистилища, видя человеческие прегрешения и их наказания, так и Кавамура поступает в фильме: каждая аномалия, которую обнаруживает наш герой, страдающий от панической астмы, одновременно является выражением его чувства вины.

Это начинается с, казалось бы, безобидного человека с портфелем в белой рубашке, который, подобно роботу, снова и снова проходит мимо молодого человека по пути на работу, не замечая его. «Живя в городе, вы переживали это тысячу раз», — говорит Кавамура. «Вы думаете, что поездка на метро на работу каждый день одинакова. Но мелкие вещи меняются: кто-то начинает громко говорить, потому что с ним что-то случилось. Кто-то сталкивается с вами. А иногда вы проходите мимо бездомного. Но многие из нас ведут себя так, будто ничего этого не видели». «Это ещё человек или уже аномалия?» — задастся вопросом молодой человек, когда тип с портфелем в десятый раз пройдёт мимо. Офисный работник в белой рубашке не отвечает, когда к нему обращаются, не реагирует на вопросы. Это уже аномалия? В какой-то момент наш испуганный герой оборачивается, и человек с портфелем стоит, ухмыляясь, прямо за ним – ведь это фильм ужасов, и ему порой не требуется больших усилий, чтобы быть безумно гнетущим и пугающим.

Если человек с портфелем — это символ равнодушия к нашим ближним, то путь через Чистилище вскоре становится более суровым. Кровь капает на плитку. Неоновая лампа мерцает. Детские крики эхом разносятся по стенам.

В какой-то момент молодой человек встречает девочку в школьной форме и спрашивает: «Мы умерли? Это ад? Так выглядит наказание за наши грехи?»

Тот, кто посмотрит этот фильм, определённо станет внимательнее проходить по подземным переходам и присматриваться к окружающим.