» Часовня Василия Великого в селе Большой Одошнур Тоншаевского района

 
 
 

Часовня Василия Великого в селе Большой Одошнур Тоншаевского района

Опубликовано: 13-11-2008, 23:55, комментариев: 4

Отголоски родовой мифологии мари и удмуртов в семантическом пространстве природно-культового комплекса часовни Василия Великого в с Б. Одошнур (по материалам экспедиционных записей по марийскому северу Нижегородской области 2000-х гг.)

Дмитрий Юрьевич Доронин

Государственное образовательное учреждение дополнительного профессионального образования «Нижегородский институт развития образования» – старший преподаватель каф. педагогики и андрагогики;

Нижегородский Фольклорный Клуб – сотрудник, координатор сетевых этно-экологических проектов.

Данная статья посвящена рассмотрению интересного явления религиозного синкретизма – часовне Василия Великого (с. Большой Одошнур, Тоншаевский р-н) и связанного с ней обрядового и фольклорного материала, – в котором объединяются традиции и мифологические представления марийской веры (марий вере) и «народного православия».

Традиционная культура нижегородских марийцев стала объектом систематических исследований нижегородских этнологов не так давно: так, автор статьи входил в состав экспедиций «Марийской программы» (1990-93гг.) Культурно-экологического объединения «Китаврас» (д.ф.н. Н.В. Морохин) и Марийского научно-исследовательского института языка, литературы и истории им. В.М. Васильева (к.ф.н. В.А. Акцорин)1. В течение последних 5 лет фольклорно-этнографический материал собирается нами в составе «марийских экспедиций» Нижегородского фольклорного клуба (НФК), финансируемых Облэкофондом и Департаментом образования Нижегородской области.

1. «Народ овды»: одошнурцы в составе группы нижегородских мари

Нижегородские марийцы относятся к этнической группе северо-западных мари, по языку и традиционной культуре отличной от горных и луговых мари Марий Эл. Этногенез группы шёл с участием мери и др. финно-угорских племён, обитавших в Нижегородском Заволжье до прихода сюда марийцев 2;3.

Сама группа не является однородной: даже на территории одного Тоншаевского р-на, по словам самих же марийцев, марийцы различны. В наиболее старых селениях, своего рода «центрах древней культуры» тоншаевских мари (Куверба, Одошнур, Ашкаты, Ошары и пр.), диалект, верования, брачно-родственные связи между деревнями, даже фенотип жителей отличаются, что объясняется разными путями миграций различных родовых групп мари в заселении края 3.

В ряде случаев такие обособленные группы могут иметь самоназвания, как, например, мари Большого и Малого Одошнура, это видно из следующего предания: «В Одошнуре – это уже, да, другие, они как эта – татарские марийцы-та. Вот «суас-маре» – говорят у нас всё: «Ну, ты, – гврят, – Суас-маре вэла-улыт!» Со стороны Казани, наверное, пришли, если так выходит. Вот и отец рассказывал: «Одошнурские, – говорит, – это татарские марийцы». Таких марийцев больше нет, наверное. Так-то у нас разговор-то с горными марийцами схожий» 4.

Заметим здесь, что этноним «сувас», вообще-то, означает «чуваши», и в ряде случаев некоторых чувашей сопоставляли с удмуртами: «Чуваша арская» – в русских летописях (по названию Арского княжества удмуртов, разгромленного татарами), ветке или ветьке (т.е. удмуртский этноним Вятка) – в мордовском названии чувашей 29. Также известно, что южные и Арские удмурты с древности хорошо владели татарским языком. Отсюда можно предположить, что мари Одошнура – не «татарские марийцы», а, более точно, – потомки некогда более многочисленного древне-удмуртского населения, участвовавшего в формировании Волжской Булгарии и булгаро-чувашского этноса.

Так, даже в наше время жители Одошнура среди тоншаевских мари считаются особенными, «другим народом» – «людьми, потомками овды» 5-9, что выводится также из корня «оды» (в первой части названия села). Кроме слов «овда» и «Одошнур» корень «одэ» обозначает «удмурт» и входит также в состав тоншаевского топонима Оденер – «удмуртская речка» или «речка овд» 7.

М.Г.Атаманов, этнолог и лингвист, исследователь родовой мифологии и миграций удмуртов считает этнотопонимы на «одо» яркими и ценными свидетельствами заселения всей территории к востоку от Ветлуги древнеудмуртскими племенами до начала II тыс. н.э. В местах, маркированных подобными топонимами, т.е. и на территории современного Тоншаевского района, происходили первые контакты и военные столкновения древних мари и удмуртов. Археологические памятники по реке Пижма, у которой находится и Одошнур, относят к культуре удмуртов племенного объединения Калмез. Сюда, к западным рубежам расселения удмуртов (места племенного объединения Ватка), теснимые волнами переселений гуннов и пр. тюркских, угорских и самодийских племён Западной Сибири, удмурты-калмезы приходят к III в. н.э., а затем, спустя столетия и войны с марийцами, вытесняются ими за Вятку 29. С тех далёких времён, быть может, и ведут свои начала представления о жителях Одошнура как о странном, чуждом «народе овд».

Овды в фольклоре мари – древний лесной народ, зооантропоморфные существа, по основным сюжетам поверий, быличек и сказок, имеющие много общего с тюркскими албастами и алмысами 10, славянскими лобастами, русалками, русалиями и т.д. Овды имеют свою культуру (земляные дома, одежду, быт, обычаи), понятный марийцам язык, магические способности, связаны с хтоническим – в природе (обрывы рек, земля и подземные пространства, лесная чаща) и в своём облике (длинноволосы, волосаты, грудасты, могут быть когтисты, «неправильность» – вывернутые ступни, прозрачная грудь и пр.), взаимодействуют с людьми (брачные связи с людьми, пристрастие кататься на хозяйских лошадях и пр.), но считаются стоящими на более низком уровне культуры – «ир енг», дикими людьми 6.

Близость к овдам одошнурцев в представлениях других мари: лесной народ, во время свадьбы невесту привозят верхом на лошадях, выдают девушек замуж за медведей или бородатых стариков 8.

Исследователи отмечают «совершенно обособленное» от других селений расположение Одошнура (в тайге на Пижме, раньше до Одошнура не было дорог), необычность происхождения, диалекта и обрядов его жителей и считают одошнурских мари потомками другого, немарийского финно-угорского аборигенного народа, в древности живших по соседству с марийцами 6;9. На это указывает постоянное мифопоэтическое сопоставление с людьми «чужой» культуры – татарами, чувашами, удмуртами, овдами. Наши исследования последних лет в Одошнуре зафиксировали хорошо сохранившийся многообразный архаичный - обрядовый и фольклорный - материал.

 

2. Василий и Кугу-Юмо: бог сердитый, страшный и строгий

В выявлении и описании природно-культовых объектов мари, в основном священных рощ (кереметищ) и деревьев, экспедиции 1990-х годов практически обошли вниманием природно-культовый комплекс часовни Василия Великого в Б.Одошнуре. Специфика собираемого касательно часовни фольклорного и обрядового материала привела нас к предположению, что изначальным «хозяином часовни» является не святитель, вселенский учитель и архиепископ Кесарийский (Каппадокийский), а некий родовой бог древнего населения Одошнура. Приведём несколько текстов об одошнурском Василии Великом, известном всем тоншаевским мари:

«Василий Великий – бог, одошнурский бог. По-марийски – Кугу-Юмо» 4.

«Василий Великий – это бог большой и самый старинный, вот туда (в Одошнур) все ходят. Василий Великий – это Кугу-Юмо, это строгий бог! Вот у нас бабушка всё говорила: «Строгий это бог, старинный! Откуда он там взялся – не знаю этого» 11.

«Василий Великий – православный святой. Но у марийцев считается – сердитый бог, ведь у нас же обещают: «Съезжу к Василию Великому». Наши туда тоже ездят, вот и к нам ездят – к Николаю Чудотворцу – Николай-Юмо – приезжают» 12.

«О, о, Василий Великий – страшный бог, очень страшный. Но и милостливый. Он наказывает злых людей, жестоких, плохих, и делает добро хорошим людям, негордым, правдивым. Самый непримиримый марийский бог в борьбе со злом, несправедливостью, защитник обездоленных, обиженных» 13.

Как и у других народов, испытавших влияние христианства, Христос и наиболее значимые, по местным представлениям, святые отождествляются у мари с наиболее могучим богом пантеона – небесным Кугу-Юмо. Подобный синкретизм, следующий из наложения христианской (например, празднование престолов) и местной (календарные праздники, родовые боги мари) традиций отмечается и по отношению к другим божествам: «Боги есть ещё, по-марийски называются: ну, Иван-кеце-юмо – Иванов день. Ну, всякие. Пётрăн-кеце – Пётра и Павловы это вот, «Пётрăн-кеце» говорят, – тоже праздники есть «Пётрăн-кеце». А больше ходят к Василий Велику, – самый большой человек был! Самый большой, где и чего. Главнее всех» 14.

Сердитый, с крутым нравом, старик Василий, вместе со старухой Васли кува-кугыза (аналог пряхи Мокоши-Параскевы) и ряжеными в животных, – персонаж марийских Святок Шорыкйол. Ряженные и божества Василий и Васли – предсказатели и распорядители судьбы (их слова воспринимаются как пророчества), покровители мужской и женской работы – оценивают результаты трудов, дают помощь или наказывают 15.

Главный день празднования Василия Великого в часовне Одошнура (кроме Иванова дня 6 октября, т.е. Дня зачатия Иоанна Предтечи) – 14 января, т.е. Васильев вечер, Старый Новый год: «В часовню приходят в Старый Новый год, (и) вот осень будет – Иванов день, Иван Креститель или как ли его-ти точно-то? Вот престольный праздник. На Старый Новый год зайдут (в часовню): свечки поставят, помолятся, кто к чему – у кого чего болит. Вот и молятся, чтобы не болело, угощения принесут, вот угостить Василия Великого. Вот, вот и есть. В Иванов день сходят вот сюда, тоже самое» 14. И: «Хожу в часовню, иногда на Новый год даже ёлочку снаряжу там, поставлю» 16.

 

3. Покровитель скота

Святочный Василий Великий мари, как у русских и, частью, у мордвы – покровитель скота и сил плодородия 15. Перед застольем хозяева дома молятся богу праздника Шорыкйол о плодовитости скота, а также о здоровье семьи и богатом урожае 17. С Василием связано особенное, сакрально-значимое животное: у мордвы и русских – свинья 18, у мари – баран. Шорыкйол переводится как «овечья нога», свиные ножки фигурируют в святочных таусенях, посвящённых богу свиней Таусеню (Тауньсяй), т.е. русскому Василию Великому и мордовскому Таунь-озксу 18. Важная часть обрядовой трапезы Васильева вечера – свиная (мордва, русские)18 или баранья (мари) голова 15.

Как покровителю скота Василию Великому молятся в часовне Одошнура об исцелении скотины, приплоде, здоровье в будущем году или чтобы она отыскалась, если её забрал-заблудил в лесу Малакай: «Блины пекут, чтобы попалась бы скотина, корова ли, кто, чтобы попалась. Хоть человек потеряется – блины пекут и поминают, чтобы родители домой привели: «Тŏркы кантыжы чтобы. Ты вот у меня, Саша, тŏркы!» Корова ли чё, так тоже: «Ашкыл, мол, тŏркы!» – это «привести домой» по-марийски. Вот Малакай лошадей уведёт из дому – вот в поле пускаешь – вот корову или чё ли, – вот убежит куда-нибудь на сторону, домой не ийдёт вот. Вот всё надо было всё это – вот Василию Велику прийдёшь, вот там помолишься, чтобы домой (скотина) пришла, вот и блины напыкёшь ищё. Блины в часовню несёшь и попробуешь, и положишь там, оставишь. Сама (скотина) прийдёт» 14.

О покровительстве скоту – также следующая быличка: «Лариса Кузьмина, чтобы скотина в доме была жива и здорова, съездила в Одошнур, поставила свечку, помолилась там. А через некоторое время их двухквартирный дом загорелся. У соседей, Яровиковых, скотина сгорела, а у Кузьминых жива осталась, хотя хлевы соседей отделяет только стенка» 19.

«Шерсть приносят, вот на праздники-то эти, ну, кто в часовенку-та ходит. Чтоб овечки, чтоб со скотиной всё хорошо было» 4.

 

4. Кугурак и Воршуд: помощь родового заступника

Анализ фольклора, собранного в Одошнуре, позволяет предположить в Василии Великом мари божество типа Кугурак (Старейшина), чьё почитание, наряду с Ош Кугу Юмо, занимало «особое место в культовой практике марийцев» 20 и под разным обликом и именами было известно всем этнографическим группам мари 21. Наиболее известны такие местные «воплощения» Кугурака: Курык Кугыза (Горный старик), Добрый старик Немдинской горы (Поро Немде курык кугыза, «северный царь» луговых мари), старейшина над горой Киебак (Киебак юмбал кугурак), старейшина берега реки Волга (Юл сер кугурак), старик над рекой Рутка (Рыдевак кугыза), рекой Кундыш (Кундыш кугыза) и др. 21.

У удмуртов, потомками одного из древних родов которых, возможно, являются современные насельники Одошнура (возможно, воршуд Какся или Коньга, жившие по Пижме), в недалёком прошлом известен распространённый устойчивый культ родовых божеств. Эти архаичные божества – воршуды (мудоры) – у каждого рода даже внутри одного селения различны, и известно около семидесяти соответствующих им родовых воршудных групп удмуртов. Известно, наоборот, когда несколько деревень имели и почитали одного воршуда, как и Василий Великий Одошнура также почитается несколькими селениями.

Для такого божества специально сооружалась небольшая постройка, в которой хранился идол воршуда, и совершались жертвоприношения. Идолы воршудов – дикие звери и птицы, а также антропоморфные изваяния бородатого старца. Как отмечают исследователи, культ родового воршуда более древен, чем, скажем, почитание Инмара; он связан с миром мёртвых предков. Воршуд также можно сравнить с чувашским Йерихом или марийским Кудо водыж (родовое божество, покровитель дома, типа русского домового), с которым, естественно, также связан и Кугурак. Как и Кугурак, божество типа воршуд – также основатель и покровитель удмуртского рода, хранитель семейно-родового счастья 30:

· Как типично родовому божеству – Кугураку или Воршуду – Василию Великому Одошнура молятся о благополучии семьи:

«Поставишь свечку, принесёшь что-нибудь покушать или что-то положишь, – и Василий Великий отблагодарит тебя, в доме и в семье у тебя порядок будет» 24.

· Чудеса исцеления болезней:

К Кугураку обращаются в случае болезни, и он творит чудеса 21. Вера в исцеление от различных болезней – пожалуй, наиболее ярко выраженная часть повседневной культовой практики в часовне Василия Великого – в часовню едут целыми семьями, привозя с собой малых детей:

«Василий Великий, вот сам и исцелял он. Потому что сюда больше ходят из-за это, чтобы исцелял он. Молятся, чтобы… вот чё у них болит, вот чтобы не болело. Вот из-за это ходят, чтобы не болела эта болезнь – руки ли, ноги ли, чё-нибудь, может, по домашним делам, скотина заболеет или чё ли – вот по этим делам они сюда ходят. Церква вон в Тоншаеве ишо, в церкву ходят и молятся, а потом и сюда едут опять, потом здесь всё молятся. Маленьких детей водят на часовню вот сюда, ну, чтобы всё хорошо было, не болело или чё ли, хорошо бы учился, вот так вот. Просят – это: «Кыцăт! – мол, вот чтобы, мол, болезни не было, – Болезнь ынцыж ли!». И: «Кыцăт», – вот эта, чтобы болезнь не было бы, и чтобы Бог дал! – «кыцăт» вот. Бог дал чтобы. «Василий Великий помог нам жить. Мылăннă палшыжы ылăш! Василий Великий, тынь палшыжы ылăш, чтобы!» – (так просят). Да всё, мол, это, нам бы ничего не болело, всё легко бы помогать нам было!» 14.

«А носки – это для этого ложат: у кого ноги болят – носки ложат. А если платки: платки – это для того, чтобы (если) голова болит сильно, чтоб голова перестала болеть. Носки – чтоб перестали ноги болеть. Халаты, например: всё вот тело или чё болит – приносят халаты. Раньше (эти вещи) забирали – были тут старушки, а счас ведь старушек нет, и висят. А мы уже, молодёжь, их не берём. Мы не берём, – зачем? Люди всё-таки молятся, всю болезнь свою сюда наговаривают и всё это отдают» 16.

· Покровительство воинам рода:

Кугурак – мифологический предок, переведённый в ранг родового божества народный герой, племенной старейшина, заступник и покровитель 21. Об этом свидетельствует также схожее понятие «Кугырак» – «большак», «старший член большой семьи или вождь, предводитель племени или союза племён» 22.

Ему приписывалась главенствующая роль во время жертвоприношений, способность общаться с божествами, к нему обращались при незаслуженной обиде и нарушении клятвы и в надежде получить заступничество во время войны 21, что также характерно для марийского Василия Великого: «Так вот ходят туда, в часовню – обещания дают: /…/ которых в армию берут, молодых – деньги ложат, молятся, свечки ставят» 23.

· Дарование плодородия земли и урожая:

Подобно Василию, Кугурак – покровитель животноводства и земледелия 21. Покровительство Василия Великого земледелию, его связь с урожаем и защитой посевов отражена во многих, записанных нами легендарных рассказах, рассказах о молениях и обрядах, связанных с магией плодородия, например: «Помидору, лук, огурцы в часовню Василию Великому приносят, чтобы всё родился! Помидоры чтабы, лука чтабы, – вот всё это ложат» 14.

«А яблоки, знаете, это Яблочный Спас был. Тут был и праздник лука какого-то – лук тоже ложат. Горох, когда вот это – Иванов день, горох едят – тоже горох приносили, ложили тут, чтобы рос хорошо. И что только не приносят сюда! Картошку, огурцы. Вот первые огурцы пошли было – наложили, много огурцов было. Счас нету: наверное, да кто-нибудь взяли. Полно тут было помидор красной, всё было тут» 16.

· Плодородие леса, обилие сбора:

В следующих трёх случаях также действует магия плодородия, подобная земледельческой, но связанная с водой и лесом – во многом Иным, диким пространством. Так, за «богатым урожаем» леса к Василию Великому обращаются ягодники и грибники:

«А ягоды или чё ли ложат, – вот чтобы Василий Великий попробовал бы, ел бы, и нам чтобы было бы, и нам бы он тоже бы (чтобы) дал! А по ягоды пойдут – дак опять чтобы набрать больше – Василия Великого просят, мол: «Чтобы сегодня, Василий Великий, нам набрать бы! Кыцат!» – чтобы Бог дал чтобы. «Ну, чтобы больше выросло, чтобы больше насобирать, Василий Великий, помоги! Ягоды собрать чтобы!» А по-марийски: «Чтобы шуку набрать! Шуку погаш!» Каждый день заходят, сколько раз ты можешь идти – и заходишь. «Василий Великий, помог нам жить! Ягоды – щире-пёцыж, брусника (это) будет. Чернига – мудэ будет, клюква будет – тырнă -пёцыж. Вот, мол, собрать помогайте!» Ну, вот всё, как мимо (часовни) пойдут – да всё крестик положат: «Господи, Господи! Набрать бы мне сегодня ягоды и грибы всё нам! Помоги, нам, Василий Великий, нам набрать!» 14

· Плодородие леса, удачная охота:

Подобным же образом обращаются охотники:

«Которые (на охоту) ходят – (в часовню перед охотой) зайдут. Чтобы больше стрелять. Чтобы вот Василий Великий помог нам стрелять – в уток или чё ли, вот таких вот. Хоть каждый день заходят. Ну, вот позовут, мол: «Василий Великий! Нам дичи, мол, нам птичи к нам бы это, пришла бы, прилетела бы!» Или чё. Вот так вот» 14.

· Плодородие реки, богатство улова:

Тема урожая, плодородия во всех сферах также продолжается в обращениях к Василию Великому рыбаков: «(Когда хотят улова – просят), ну, вот так вот: «Василий Великий, Иван Креститель, помогайте нам рыбу ловить, помогайте всё!» – вот, вроде того. И помогают ведь!» 14.

· К «одошнурскому святому» обращаются также, чтобы оградиться от нечистой силы:

«(От нечистой силы, в лесу или в доме) крест ложишь: «Спаси меня, сохрани меня, Господь-батюшки, Василий Великий, Григорий Богослова, Иван Креститель, Иван Проститель!» – всё, ещё какое-то слово есть, я уж не знаю» 14.

Кугурак воспринимался народом также в качестве вождя, военного предводителя, он имел укреплённый городок, войско 21, и здесь интересно проследить связь Василия Великого с другим легендарным воином и вождём Одошнура – Одошем.

5. Времена странствий: Василий Великий, Одош, насельники Одошнура

При сопоставлении легендарного фольклора Одошнура, связанного с Одошем, Василием Великим и переселениям одошнурцев, обнаруживается одна общая черта: странствия по чужой земле и прибытие на родину. Отсюда можно предположить, что фольклор о Василии Великом и Одоше – части одного родового эпического блока о временах странствий и военных столкновений, которых у нижегородских мари и др. живших здесь финно-угорских племён (например, удмурты-калмезы и удмурты-ватка) было много: переселения с запада X-XIV вв., затем XVI века и позже – во времена христианизации, проникновения русских, отчуждения земель под монастыри, Казанской и Черемисских войн 25;26.

Как и Василий Великий, Одош – родовой персонаж, вождь и покровитель одошнурцев, культурный герой из пары первопредков: он первым пашет землю и создаёт поле (пространство без тайги, т.е. мир людей), само имя его связано с «удыш» – т.е. «сеять» 7:

«Я слышала, как Одошнур образовался: Одош копал землю – вот «нур» по-марийски, вот и назвали Одошнуром. И копал-то он около Малого Одошнура: там – выходишь из лесу, и там возле лесочка копал. Вот и деревня Малый Одошнур сначала, а потом – Большой Одошнур поселение было» 4.

«Одошнур – «поле Одоша» переводится. «Нур» – это поле. Вот на поле поселился Одош, и назвали эту деревню Одошнуром. Вот, и деревня-то, вишь, какая большая выросла! Сначала домик был, потом все стали сюда приезжать и строились тут, всё ведь здесь лес был. Одош поселился, и пошло дальше!» 14

Вместе с Иргой даёт он начало роду, приводит народ в новую страну:

«Ирга есть речка и девушка – вместе с Одошем они поспустились сюда, на реку Пижму. В общем, дали начало жизни» 15.

В более поздних легендах и преданиях Одош выступает как парень Ирги – смелой героини Одошнура, повешенной разбойниками на почитаемой (после её смерти, по ХХ век) сосне 3: «А было ещё раньше дерево – сосна Ирги. А вот часто вот туда (к Янгарке) на электричке вот ездили – да, говорили чё-то. А счас, наверное, этой сосны нету? Там упала, наверное, она. Молиться ездили туда» 14.

Кроме того Одош – воин и дух («одош» в буквальном переводе 7), т.е. также схож с божествами типа Кугурак:

«Здесь был воин – Одош его звали. Он спускался на лодке вот откуда-то по реке-Ирге, вот спустился до реки Пижма и поселился здесь» 14.

Совсем смелой мыслью было бы допустить некоторое тождество Одоша и одошнурского Василия Великого. Как уже сказано, Одош пребывает на место будущего села по рекам – Ирге, Пижме: «Я не знаю – почему «Одошнур», как, почему называли. Вот когда переихали сюда – там жили. По реке Пижме как-то вот приехали, раньше ведь транспорт не было, поезда не ездили. Звали Одош – вот этого вот (главного) человека» 23.

Василий Великий, будучи богом и живым (!) человеком одновременно, старичком, который живёт и умирает в Одошнуре, насильно увозится некими людьми в чужую землю, а затем возвращается, как и Одош, по рекам – Пижме и Юрика, «через реки, через моря переплыл»:

«Василий Великий сюда пришёл жить, его отсюдова потом куда-то отправили. Отправили, – там не понравилось, – он опять обратно сюда приехал. По воде или как ли он: это вот Пижма-то идёт у нас вот так, а вот – река-Юрика, вот. Вот мне бабушка рассказывает: его (Василия Великого) куда-то раньше увозили. Увезли далеко-далеко, и он всё равно пешком сюда пришёл: «Через реки, через моря переплыл, – говорит, – я». Тут-та тогда ведь, знаете, столбушка такая стояла только, а у столбушки сделано такое это дверца только была. А возле столбушки лежало бревно. И сидит ста-аренький старик, и спрашивают (его): «Ты кто такой?» – «Я, – говорит, – Василий Великий, бог большой, я здесь, – говорит, – живу». – «А ты откуда пришёл?» – «Меня отсюда увезли, – говорит, – и я всё равно в это же место пришёл», – вот говорит, – «И я отсюда никуда не уйду!» Вот, здесь же он умер, и всё его вспоминают: «Василий Великий!» 16.

«Шёл лесами, – говорит, – я шёл, через реки переплывал», – всё, говорит, рассказывает это, сидит старик, – «И всё равно, – говорит, – на своё родное место пришёл» 17, – быть может, в этих эпических мотивах странствия бога мифологически осмыслены странствия рода. Ведь и легендарные предания о прибытии в эти края будущих одошнурцев, подобно легендам о Василии Великом или Одоше, также говорят о странствиях рода по воде – Пижме. П.С. Березин ссылается на предания, согласно которым предки одошнурцев поднялись в эти места вверх по Пижме, также часть жителей Одошнура поднялась по реке Пижма, а часть спустилась по ней же 3; возможно, эти миграции и отражают рассказы о «похищении и возвращении» Василия Великого.

В Малом Одошнуре мы также записали: «Вот говорят, что по реке сплыли народ вот сюда (в Большой Одошнур), где-то землянку построили и жили. А тут (в Малом Одошнуре) – как близкие ведь мы были, соседи, свои были – вот и переехали сюда, в деревню. Вот раньше-то в Большом в Одошнуре вот жили у нас тоже, – отец жил там же. Пожертвовали, и тяте досталось вот сюда, в починок переехать, вот он и переехал. Туда, на Русский хутор переехали, в Верхопижемский переехали, и в Чертенер переехали, вот скоко починок» 23.

В этих легендарных преданиях о Василии, Одоше и странствиях народа заключён мифологический мотив вечного возвращения родового заступника, самой идеи рода: он приходит (Одош), уходит (умирает), возвращается (как бог Василий), уходит (похищается), вновь возвращается и уходит (умирает старцем Василием), с тем, чтобы всё-таки пребывать здесь, на родовой земле вечно (исцеляющий, помогающий и наказывающий бог или святой – покровитель рода, Кугурак). Это «вечное пребывание живого бога» запечатлено в фольклоре, обряде, чуде, в структуре культового комплекса.

 

6. Структура комплекса: мир мёртвых предков и почитание захоронений

Легенды, предания и поверья, связанные с часовней, сообщают о первоначальном почитании захоронений (возможно, Одоша) на её месте:

«Сначала в виде маленькой могилки тут было, а потом было – часовню построили»16.

«Да, да, Василий Великий, святой, вот в этих местах он жил. И часовня у нас домишка была, говорят. Я не знаю сначала-то вот было чего – похороняли. Я вот не знаю, дак вот не знаю, токо вот люди говорят про это. Говорили ранешние люди вот, а теперь уже умерли уже» 14.

Захоронения наиболее уважаемых людей рода в культовых местах типичны для марийцев: героев, общинных вождей хоронили в священных рощах, души предков переселялись в почитаемые родовые деревья, первый хозяин дома мог захораниваться под самим домом. Почитаемые родовые погребения на месте современной часовни, видимо, напрямую генетически связаны с поклонением здесь родовому богу-старцу Василию-Кугураку, являющемуся в наше время смысловым центром культа этой часовни.

Кроме того, согласно преданиям, здесь же захоронен сам бог Василий: «Много хорошее он делал, всё было тут, всё, когда он был, здесь жил. Я вот от стариков это всё слыхала. Больным помогал: прийдут, помолятся, и всё помогает вот так. Как человек он был: ну, старенькая такая одежда, как я от неё слыхала, борода вот до сих пор, старенький, волосы длинненькие, длинные – сидел, говорит, всё на том месте. Там бревно ли, лавочка была, говорит, – всё сидел возле этой часовни. И там он и жил. Он и, говорят, здесь же умер. Бог Василий Великий» 16.

В обряде родовая часовня закономерно связана с миром мёртвых (родовых предков-покровителей): так, заблудившаяся скотина или потерявшийся человек возвращаются с помощью мёртвых предков при их поминании. Исцеление, плодородие, защита даруются ими же – мёртвым богом, погребённым здесь же, но в то же время парадоксально живым.

Дары «первому встречному» от похоронного поезда, приносящие новую смерть, во её избежание относятся в часовню, т.е. назад в мир мёртвых, к родовым предкам:

«Вот когда хороняют – дают эти-то, собирают мешочки-та. О-ой, это нельзя брать! «Первый встречный» называется, - нельзя брать! У нас-то так-та кто шёл-та? – Из нашей же семьи – Света или кто ли шла – и ей дали, и она домой пришла, и после того сразу отец умер. Ну, там мыло ложат, полотенце там. Лучше их бежать! Или – сунут тебе на руки – лучше в часовню унести сразу! Домой не заносить это! Это – не зная чем они дают! Это же везут они покойника в общем, простите меня… Вот я и детям всем говорила: «Лучше убегайте!» А сколько раз мы попадалися – дак я всё время ухожу. Это обязательно кому-нибудь да отдать надо! Обязательно! А если не было кому отдать – в часовню уносили. Но они всё равно – маленькому ребёнку да сунут, всё равно найдут! Чё маленький? – не понимает он ведь! Всё равно сунут кому-нибудь дак» 27.

В православные и марийские праздники, связанные с поминовением предков, в часовню в обилии приносят ритуальную (блины) и обычную еду:

«Вот, знаете, когда поминальный день, это вот на кладбище-то ходят, Троицкая суббота бывает, Дмитриевская суббота – все приходят сюда, всю стряпню приносят. Столько стряпни, знаете тут! Пирогов, всяких булочек и всё!» 16

 

7. Структура комплекса: «амбарчик» и Юмон-Мен(г)кы

Видимо наиболее ранним вариантом культового строения был ритуальный «амбарчик» с дверцами на столбике, подобный таковым у манси или придорожным часовенкам и захоронениям славян. Внутрь «амбарчика» и оставлялись приношения – деньги, пища и пр:

«Раньше поставили было такой столб и там, на столбе-то, даже как сундук был, ящик как, и даже дверишко было. И накладываешь, чтобы (боги) забирали. Чтобы деньги туда ложили, и чтобы всё там сохранилось» 14.

Нечто подобное – столбики с крышой и окошечком с иконкой, в щели которого (как в кору почитаемых деревьев) вставляют деньги и свечи – до сих пор сохранилось в некоторых марийских селениях (Б.Ашкаты). Затем «амбарчик» был нарушен, но от него остался «Божий столбик» (Юмон-Менька), ставший сакральным центром часовни и почитающийся даже после разрушения трактором и пожаром:

«Всё убрать хотели, но эту столбушку никак не могли нарушить! Всё она там и стоит – вот эта чёрная. И горела она, но всё-таки не сгорела, всё осталась! Что только с ним не делали! Менька, Юмон-Мен(г)кы: «Юмо» – это Бог, «мен(г)кы» – это столб. Деньги вставляли прямо туда, как в сундучок: мен(г)кышты улмаш это амса-ганикы тушко оптеныт эта оксам – это я по-марийски говорю. По-русски: вот на этом столбике были в виде окошечка двери, вот открывали – туда ложили денежки и замком запер(а)ли» 16.

На столбике повязано полотенце, закреплена старая икона («Крестос»), большой старый ржавый, не полный крест, сюда кладутся монеты и совершаются поклоны молящихся на марийском языке в позе оранты:

«Это – Крестос (иконка на обгорелом столбике). И такой крест тут сделали (железный, на обгорелом столбике). (Говорит, поднимая руки «орантой», кланяясь к столбику):

«Нимаем штобы ынцыж-каршты (Чтобы ничего у меня не болело)

Нўги-бы мынин ялом ынцыж-карштары (Никто бы мои ноги не заставлял болеть)

Денег много ложат…» 16.

«Молятся ему (Василию Великому): там часовенка-то сгорела, на эту-то столбушку – они туда и всё» 4.

Идолы родовых удмуртских воршудов в ряде случаев также помещались в специальных ящиках с открывающимся оконцем, в которое и вкладывалось принесённое подношение и монеты. Ящик или короб с воршудом хранился в семейном родовом святилище – куала 30.

8. Структура комплекса: иконы, пространство часовни, деревья:

В советское время часовня неоднократно уничтожалась, а пару лет назад сгорела по недосмотру уснувшего паломника. До пожара она была сделана из брёвен и убрана коврами и полотенцами, вокруг неё и растущих рядом деревьев была сооружена ограда. Сейчас от ограды остались только металлические ворота, имитирующие церковную маковку с крестом, а сама часовня поспешно восстановлена из бруса и кусков шифера, пол дощатый, центром по-прежнему остаётся «Божий столбик», обгорелый и напоминающий маленький пенёчек. В помещении часовни (примерно 2,5 х 2,5м) стоят два кресла и стол, а по стене, противоположной входу расставлены иконы – новые и старые, имеющие культовую, но не художественную ценность. По иконам развешены полотенца и новые принесённые вещи (платки, носки и пр.). На столе и среди икон – подношения (монеты, конфеты, овощи, фрукты и пр.) и стопка книжек различных христианских конфессий (Православие, Баптизм и пр.)

Из рассказов видно, что, наряду со столбиком, вторым культовым центром часовни является старая икона (изображение частично утрачено, размер примерно 50 х 30 см), как считают марийцы, Василия Великого:

«Иконы старые-ти были, дак уж топерь уж и чё! Большая икона – Василий Великий, говорят, я вообще-то не знаю, но говорят, что Василий Великий» 23. «Но Василий Великий-то – как-то сохранилась иконка-то! Даже есть, большая. Эта вот икона сохранилась, а там ещё три иконы были – те не сохранились, вот Василий великий сохранился» 4.

Сама комнатка часовни, не смотря на обильные щели и непритязательность вида, наделяется одошнурцами и паломниками статусом «чудесного пространства», наделённого особенной, сакральной микросредой: к примеру, зимой через щели сюда не наметает снега:

«Вот это: ведь снег идёт – у нас вот (во дворе) маленький дырочка, и снег заходит. А туда – нее-е! А туда (в часовню) ведь никогда не заходит снег!» 14

«Чудесное пространство» часовни сакрализует и ближайшую округу, что подчёркивалось её ограждением: деревья, скорее всего, почитались ещё до часовни, при захоронениях. Так, в памяти одошнурцев сохранилась старая ель, почитавшаяся даже после её усыхания и падения:

«У часовни раньше росла ёлка, она сгнилая, упала, лежала, лежала, потом всё сгнила. Такие деревья никто ведь не тронет: упала на поле, мешается, но всё равно не тронут её, не тронут, она пока само собой не сгниёт. Никто даже не сорвёт (просто так) ни листочка. Это раньше говорили: там тоже также (как в кереметище) резали скотину, также варили, ели, чё-то вспоминали – я слыхала вот это тоже. Вот и никто и не трогает. «Старинные деревья» – Кумалмэ-Аты-вылă - называется. Ёлка (такая) – Кумалмэ кож» 16.

«Деревья особенные у часовни растут, их не трогают, гладишь. Например. Берёзовый праздник – там берёза стоит. Там никто ничё не трогает. В Троицу берёзу в часовню занесёшь. Пойдёшь молиться – дуб занесёшь. Вербу носят» 16.

Внутрь куалы – культовой постройки родового святилища удмуртов – при молении воршуду или керемету также вносились и устанавливались зелёные ветки деревьев, в которых являлось и обитало родовое божество 30. (Также и по представлениям славян в ветвях, устанавливаемых на могилах, в доме или у дома – на Вербное, Семик, Троицу, зимние Святки и пр., – обитали родовые предки, души умерших родственников 31.)

Поклонение родовому духу у ветвей дерева подобно обращению к духу у растущего дерева или в роще-кереметище. Сама часовня (а в прошлом – культовая постройка на столбике) с окружающими её деревьями и совершаемыми здесь жертвами (в прошлом – очевидно, заклание и захоронение животных) образует комплекс, подобный по своим функциям тем же родовым рощам-кереметищам мари. Тот факт, что в Одошнуре родовое святилище имеет больше вид постройки, а не рощи, свидетельствует о возможных удмуртских корнях местного родового культа.

9. Моление богу: язык обращений

Выше было уже много сказано о поклонении в особые дни, о сакральных прошениях в часовне. Остановимся здесь на ритуальных действиях и молитвенных формулах, о которых не было упомянуто. Среди наиболее яркого – дарение Василию Великому живых цветов и зелёных веток на «Цветные праздники» (Вербное воскресенье, Троица, Иван Купала), сопряжённые с марийской обрядовой традицией и почитанием деревьев. Цветы, по словам информантов, в часовню приносят также всегда, когда это возможно: «А цветы, знаете ведь, приносят тоже для этого, что Бог тоже ведь любит природу и цветы, и всё – для этого. Вот, меняем же цветы-ты всё время» 16.

На марийскую Пасху-Кугеце кроме веток и цветов приносят много яиц: «А в Пасху – яйца, да каких только тут нет! Городцовые, всяких, разрисованных и всякого цвета! Ну, постепенно они куда деваются? Кошки залазят иногда и их роняют на пол. Никто, правда, не берёт счас. Раньше вот были бабушки, вот старушки нищие – дак брали, а счас никто не берёт. Молодёжь, – мы не берём ничего» 16.

В другие дни приносят также деньги, разнообразную снедь, чтобы Василий Великий, подобно живому человеку, пробовал, ел и взамен «давал бы людям большее». По такой же мифологической логике различные народы кормят умерших предков, духов и божеств дымом сжигаемых жертв или во время совместных семейных или родовых трапез в священном месте (например, кереметище), на празднике в доме, на кладбище и пр.

На крупные праздники в часовне происходят массовые моления на марийском и русском языках: «Женщина тут (в часовне) в каждый праздник молитвы поёт, она живёт в Пижме, Трофимова Таисия Степановна. Она по-марийски поёт и по-русски. Знаете, это тоже учиться надо, у них бабушки были раньше – очень умели петь! Знаете, (как она поёт) – тоненьким голоском прямо. Вот поёт и – обо всём, как будто просит она: знаете, что у неё на душе, может и за своих молиться, и за всех. И вот такая молитва есть, – она умеет всю петь. Каждый раз слова (могут быть) разные. Вот когда в праздники молились все, дак она пела, и под её молитву мы все молились тут» 16.

Посещая часовню, мы оказались свидетелями молитвенного обращения женщины-мари к Василию Великому. Приводим здесь текст её молитвы:

«По-марийски мы молимся тэге (так):

«Кеце. Го-осподи!

Дай, - мол, - нам терпения, ош ăкылым пу. Мада.

Нимам мынин ит карштары, нимаем ынцыж карштэ мадэ

Мылăм здоровьем пу, терпеньем пу, нимай тэдэ.

Нутришты нимам удэем лук мада.

Цэлă палшэ мыланем жизни мада целă.

Нимадŏн, чтоб они никогда б не хворала.

Святый Боже, Святый крепкий, Святый бессмертный,

Помилуй нас!

Святый Боже, Святый крепкий, Святый бессмертный,

Помилуй нас!» 16

 

Солнце. Господи!

Дай нам терпения, белый дар дай. Прочее (дай).

Не дай ничему болеть, чтоб ничего у меня не болело, прочее.

Мне здоровья дай, терпенья дай, ничего чтобы.

Изнутри плохое выведи, прочее.

Во всём помогай мне, и в жизни тоже.

Ничем чтоб она никогда не хворали

Святый Боже, Святый крепкий, Святый бессмертный,

Помилуй нас!

Святый Боже, Святый крепкий, Святый бессмертный,

Помилуй нас!

10. Гонители и хранители. Новое возвращение

Среди фольклора об уничтожении часовни достаточно типичны для мари былички с сюжетом возмездия за поруганную святыню (страшная смерть за спиленное кереметище, паралич за порубку дров и пр.): здесь – сильная и долгая болезнь тракториста, плохая судьба и тюрьма человека, устроившего пожар и пр.:

«Вот её ведь, эту часовенку и трактором топтали, и поджигали и всё делали. А но он вот, который трактором-то истоптал их – счас сильно болеет, тот-то человек. Он до сих пор живой, мариец, тоже одошнурский мужик» 4.

«Чугунов Владимир решил уничтожить часовню. После чего попал в колонию, сидит, а в это время у него сгорел в Одошнуре дом» 4.

Некоторые провинившиеся пытаются замолить свою вину жертвами в кереметище и восстановлением часовни:

«Вы знаете, у нас такой лес есть, – он в Верхнепижемском. Кумалмэ атэ, как говорим, – «Божественный лес» есть. Там ничего, даже ни одной травинки никто не сорвёт! Там темно вообще. Который год Вова Чугунов туда даже своего козла – зарезал и в жертву унёс. Вот в Бога верил он, он вооще верил. Он иконки хорошо делает тоже такие. Он часовню спалил – из-за этого, грехи-то снять. Вобщем, козла зарезал и в жертву унёс туда: мясо оставил, всё оставил там» 16.

И среди самих одошнурцев, наряду с гонителями, всегда сохраняются и хранители часовни, приобретающие ритуальные предметы, присматривающие за порядком в часовне, ремонтирующие её и пр. Последние 18 лет это – Стёпышева Людмила Леонидовна (1956 г.р.), одна из главных, наряду со своей мамой и дочерью, наших информантов. Мы глубоко благодарны этим женщинам за ценную информацию и неоценимую деятельность в сохранении самобытных традиций мари Одошнура. Интересно, что охранение часовни передаётся у них в роду: в советское время покойный отец Людмилы Леонидовны делал и регулярно красил ограду вокруг часовни и пр. Сейчас этой семьёй закуплены материалы для новых стен, постройкой которых будет руководить ожидаемый из армии сын.

Часовня Василия Великого – не единственная святыня Б.Одошнура: здесь имеется ещё, как минимум, семь отдельно растущих почитаемых старых деревьев, два из которых (раздвоенная ель и сгоревшая от «огненного шара» липа) почитаются уже практически мёртвыми. Раньше этих деревьев было гораздо больше, под ними устраивались моления, приносились и закапывались жертвы. Веточка, лист с такого дерева неприкосновенны. В 30-ых гг. у Б.Одошнура под дом и баню заезжими людьми было спилено кереметище, порубщики погибли в течение трёх месяцев 28.

Ещё одно – тёмное, обходимое стороной - кереметище (Кумалмэ атэ), в 1,5 км к северу от Б.Одошнура, относилось к исчезнувшей деревне Верхопижемское: в него, по местным легендам, с неба, через огненные ворота спускался Бог. Эти ворота – небесная калитка (Юмункапка) открывались около восьми часов утра раньше достаточно часто, и не только Богу, но и человеку можно было войти и выйти через них – тогда он не болел всю жизнь. Но ворота ушли вместе с деревней, мельницей и жителями, помнящими о Боге, сходящем в Божий лес:

«Всё вот на небе было видно! А счас ведь мы ничё не видим, не видно. Счас всё ведь в природе изменилось. Раньше всё это было наяву, всё было! Где-то вот ворота открывались на небе - вон там Верхопижемский – ворота открывались, говорят, на небе. Ворота – кра-асным цветом, как стрела обведённая – ворота вот открывалось! В эти ворота, как будто, Бог входил и выходил. Бог через эти ворота. Я вот слыхала у бабушки: на Верхопижемском – там это ворота. А счас мы ничего не видим, всё ведь это нарушилось!

На облаке, вот ворота красные, говорит, вот так прямо! А вокруг – горит, говорит, прямо! Если через ворота, говорят, выйдешь, так и всегда здоровым будешь! В небо войдёшь, говорят, через ворота… А мы говорим: «Как?» - маленькие мы ещё были, думаем: «Небо достанем да войдём!» А счас подумаешь – да как вот это? Счас вот такого случая нет» 16.

Однако иерофании и теофании не покинули Одошнур: один из информантов рассказал о чудесном (замки отомкнулись и замкнулись сами собой) полночном явлении к нему старца в монашеском одеянии, подробно предупредившем об испытаниях судьбы на несколько лет вперёд. Всё сбылось и сбывается: фигура родового покровителя опять является среди жителей древнего Одошнура:

«Когда я ходила в положении, случай был такой. Дома находилась одна, никого не было, вот это уже перед родами. Как сказать? Монах – не монах, в чёрным всё одетый. Зашёл ко мне, – полчаса двенадцатого ночи было это. Зашёл: всё – борода у него и в кепке вот этом чёрном, и всё вобщем. А у нас, как обычно, по старинке диванчик вот в прихожей, и как по старинке – железные кровати там стояли. И я вот на диване-то, вот тут у кровати-то железной лежу. И он мне и говорит: вот всё рассказал! Я тогда болела очень сильно, и он оповестил всю жизнь и как в дальнейшем у меня будет всё это твориться, и он целый час со мной беседовал! Даже вот такие – в дальнейшем что со мною произойдёт, всё вот, всё он. И вот, до года, в течение семнадцати лет всё, что он мне вот так пообещал, вот рассказал, – действительно вот это со мной было. Да, да, было.

И вот, как он ушёл – кстати, я закрылась, было, на замочек и всё – и он… Интересно то, что вот как он зашёл, – вот эти замки открылись, и как он вышел, – вот я видела, как это замки закрылись всё. А потом, как мне, будто бы, – я пошла за ним, – и он вот по дороге-то прямо он идёт, на нём всё веется – этот балахон-то чёрный весь вот этот вот – ну, как наподобие попа вот такого. И он пошёл, пошёл до конца деревни, и я смотрю всё это, пока его там, – он не скрылся, всё вот до горы-то в деревне.

Так вот, я кажется, мне вот это что было вот? Я даже не могу вот до сих пор понять – что? Он мне сказал: «Через семнадцать лет с вами произойдёт то, что вы… вот это самое…» И, действительно, вот это то, что мне рассказал по стопам, и вот пять из них уже было со мной. Десять последствий со мной произойдёт, вот пять ещё жду. Что дальше со мной будет? – я не знаю! Важное, да, такое – я вот даже и рассказать не смогу.

Никто его больше не видел – это было в двенадцать часов ночи и до полчаса первого, – такой это самое промежуток, вот всё он со мной как бы сидел. Ничё плохого, вот всё он хорошее обещал, рассказывал: дальнейшие ситуации какие, вот всё-всё-всё мне рассказал. И, действительно, вот это всё было: все катастрофы были со мной, и всё вот это было. Вот как поп, на попа больше похож: в кепке такой же и в этом – и в чёрной монашеской форме. Я даже до сих пор не могу понять – кто это был. Не знаю, может Василий Великий. После чего я ходила в часовню, в течение пяти лет молилась, всё это самое» 27.

В заключение хочу поблагодарить тех, без кого бы этот материал не был бы собран: всех наших информантов – жителей сёл и деревень Тоншаевского района, моих коллег-этнологов, собиравших вместе со мной материал: Ляпаеву Ольгу Николаевну, Гальцеву Ольгу Валерьевну, Харлова Андрея Владимировича, сделавшего фотоописание часовни, а также Николая Владимировича Морохина, благодаря чьим идеям я впервые оказался в марийских местах и в Одошнуре в 1990-ых гг. и Михаила Юрьевича Зяблова, режиссёра и ведущего телепроекта «Для тех, чья душа не спит» (телекомпания «Волга»), продюсера и вдохновителя наших последних этнографических проектов. Также благодарю Тёркина Вячеслав

Категория: ---

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
<
  • Публикаций: 0
  • Комментариев: 1
  • ICQ:
14 января 2018 15:20

krivok

  • Группа: Посетители
  • Регистрация: 14.01.2018
 
Цитата: Smile85
Мистика...колдовство....??????......

Мы посовещались с батюшкой на сайте  он сказал что такое может быть, но только в научном разрезе!

<
  • Публикаций: 0
  • Комментариев: 0
  • ICQ:
25 ноября 2008 02:02

Smile85

  • Группа: Гости
  • Регистрация: --
 
Мистика...колдовство....??????......

<
  • Публикаций: 463
  • Комментариев: 16
  • ICQ:
21 ноября 2008 22:48

admin

  • Группа: Администраторы
  • Регистрация: 26.01.2011
 
Smile85, поживи в Тоншаеве, поймешь, что любая мелочь, типа, монета лежащая на перекрестке, здесь имеет значение. В это трудно поверить: бред и чепуха! Параллельный мир, не иначе...
Однако, люди умирают безо всяких внятных объяснений...

<
  • Публикаций: 0
  • Комментариев: 0
  • ICQ:
20 ноября 2008 19:52

Smile85

  • Группа: Гости
  • Регистрация: --
 
Это кто то читает?))

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.